Винсент спокойно и без вопросов следовал за Лорой, не сомневаясь что эта женщина приведет его туда, куда нужно. Без энтузиазма встретив мрачный и заросший грязью тайный ход, Фарудж в свою очередь был удивлен, когда из путь подошел к концу.
Так вот она то самое укрытие повстанцев, которое никто так и не смог найти. Конечно, не без помощи своих людей в высших чинах.
Они очень умны, подумал Винсент, осматривая место, в котором оказался, но их цель так же бестелесная и прозрачна, как туман. Ему даже немного льстило то, что он делает ее немного реальнее.
Так или иначе, даже если он доставлен в безопасное место по приказу Исаака, это не означало что ему теперь оставалось только сидеть без дела. Сами собой дела не делались. В городе его ждали люди, которые на него работали. Нет, они не должны были с ним связываться, кроме того, это было строжайше запрещено. Первым и последним условием было: он найдет их сам, но до этого момента работа должны быть сделана. И он не сомневался что она будет сделана. Там, у взлетной площадке, под бараками покоились около пятисот баллонов с кислородом по восемьдесят литров в каждом. И в каждом таком дожидалось своего часа тридцать тысяч смертоносных существ.
- Лора, - Винсент очень тихо подошел к девушке и положил ей руку на плечо. - Я хочу помочь тебе выручить Исаака. Я ведь обещал ему что он вернется домой.
Террорист бледно улыбнулся.
- Я знаю что ты выполняла приказ. Теперь я хочу выполнить свой долг перед этим человеком.

Масане шла по лесу и тихонько напевала "маму". Эта песня могла запросто служить методом психологического давления, а Масане приобрела плохую привычку тихонько напевать эту песенку, когда надо было куда то долго идти.

-Не бей меня мама железным молотком по голове.... Вот и все слова в этой песни, и поется она монотонно, можно в голос, можно тихо.
-Не бей меня.... она резко прекратила "пение", оказавшись неподалеку от входа на базу.  Теперь следовало соблюдать тишину, пусть даже на расстоянии ближайших пяти миль никого живого нету, кроме тихо затаившихся в разных местах повстанцев. Помахав в темноту рукой, туда, где ей показалось, что кто-то сидит, девушка закрепила приветствие кодовыми жестами.

Судя по тому, что она пока жива, все было в порядке, а уж то, что в нее целились как минимум двое, опытный хаджи уловила. Теперь дело оставалось за трубой. Одев перчатки, прилагающиеся к комбезу, девушка поправила повешенный за спину кофр, и полезла в глубину тайного хода. Через несколько минут, она уже выбиралась из него на базу, и сразу же увидела Долорес.
-Нет, милая, не забыла. Хотя, похоже, все уже разошлись.

Руку, протянутую ей собеседником Долорес Масане проигнорировала, сделав вид, что ничего не заметила. Она часто ловила себя на том, что редко кому подает руку, а вот чего в этом больше, презрения или попытки избежать физического контакта, вряд ли ответит даже самый элитный психолог.

-Ради тебя, я готова на многое. проворковала девушка на ухо Долорес, прежде, чем та ушла в душ. Покушать она пока не хотела, хотя заняться чем-то надо было, да и всегда надо есть, когда удается, мало ли когда выпадет такой же шанс в следующий раз. Вернулась Долорес, и буквально не успело пойти и пяти минут, как явился один из повстанцев, с докладом. Доклад не блистал ни информативностью, ни особой пользой для Асане, которая была совсем не в курсе.

-А теперь для нового пополнения, можно все разъяснить? Она мягко улыбнулась, так обычно улыбаются матери, при виде детей, в основном домохозяйки. Масане вообще не производила никакого впечатления опасного человека, хотя, конечно, опытный вгляд явно обнаружил бы, что она не так уж проста, как выглядит. И все же было очень интересно, зачем ее вызвонили посреди ночи, возможно прервали како-нибудь прекрасный эротический сон, уж явно не затем, что бы пообедать на базе. Ну уж хотя бы не просто пообедать.

-Просто меня, милая, но я не презираю мужиков, и ты это знаешь. Но ведь есть более цивилизованные методы здороваться, чем рукопожатие. она улыбнулась, ни капли не извиняясь, даже немного радуясь, что успела вставить свою фразу, как оказалось, до худых новостей.

-Ну раз надо, значит надо. Нам нужны будут ребята, или будем пытаться разрулить все малыми силами?
Быть готовой ко всему - этот, один из тех столпов жизни хаджи, которые упав, погребают под собой все, Масане считала самым важным. Так что она была готова хоть сейчас выехать на штурм церкви, прекрасно понимая, что в данной ситуации он обречен на провал.

-Тихий вариант мне нравится больше хотя бы потому, что его всегда можно превратить в громкий, а наоброт  никогда не получается. Она снова улыбнулась. Вообще, в обществе Долорес, она часто улыбалась, чаще чем в обычной жизни, хотя, казалось бы, чаще просто некуда. Конечно, все дело был оименно в той симпатии, которую Масане испытывала с этой женщине.

-И кстати, Ло, я знаю отличный способ приведения головы в порядок...

Отредактировано Масане Амаха (2010-01-26 23:40:14)

- Значит за тобой - место, где мы сможем безболезненно переждать, - вяло проговорил Винсент, прикуривая. - Где сможем дождаться Дня Посадки не заботясь о том, что нас будут искать.
Ему просто необходимы эти несколько дней свободных от погонь и перестрелок. Он обязательно встретит сопротивление.

В конце концов, он был военным, его учили разрабатывать и исполнять подобные операции. Смутно, но он помнил кое-что из того времени.

- Во всяком случае, нам необходимо дождаться вестей от твоих людей. Его наверняка держат в подвале, так всегда бывает. Наши главные козыри точность и расчет, всегда надо помнить, что второго шанса не будет. Штурмом взять не получится - слишком непрактично и перевес в силе будет не на нашей стороне. Вариант с маскарадом не плох. Но одна из вас понадобиться мне чтобы вытащить Исаака.

Пока он говорил, сигарета прогорела ровно до половины и пепел осыпался на коленку. Фарудж равнодушно уставился на серые крошки и меланхолично их стряхнул.

- Скорее всего пока одна из вас будете отвлекать священника, мы заложим взрывчатку прямо над головой Исаака и вскроем подвал. Будет очень громко, но зато быстро.

Ну раз Винсент разбирается во взрывах, то пусть он за все и отвечает - к подобной идее пришла Масане, возможно, не случайно, однако это была идея, все же рациональная. Долорес, насколько она знала, во взрывных работах понимает не сильно больше, чем сама Масане.

-Ну значит выдвигаемся, пока не поздно? Все таки она была как-никак, главой силового отряда, и запросто могла предлагать кому угодно свои идеи. Следовало торопиться, Исаака все же, пытают там, а пытки имеют свойство калечить людей безвозвратно. Конечно, медицина может сотворить разные чудеса, но здесь, на Омеге, доктора вряд-ли способны на что-то такое глобальное, как восстановление конечностей, к примеру.  Пыток, потому то, стоило все же избегать, даже путем смерти. Когда Ло завела речь о яде, Масане никак не отреагировала. Самой ей яд бы не нужен, она знала, что сможет уйти из жизни и более болезненным, но и более надежным методом, попросту откусив себе язык. Метод прост - высовываешь язык как можно дальше, откусываешь все высунутое, и через полминуты максимум, умираешь от болевого шока вкупе с потерей крови. Если грамотно провернуть, то никто вмешаться не успеет, в отличие от яда. Ведь ампулу яда надо успеть либо проглотить, либо раскусить, а будучи парализованному, этого не провернуть, а потом яд уже найдут и изымут. Впрочем, она все же расчитывала уйти живой из всей этой передряги, так и не попав ни в плен, ни на пыточный стол, стул или кто там на чем пытает.

-Ло, настраиваясь на поражение, уже наполовину проиграл. Я не помню, кто автор, но фраза хорошая. Ну а когда вернемся... она подмигнула Долорес и вызывающе облизнула губы.

Все получится. Он и сам это знал. Винсент улыбнулся в ответ Лоре и кивнул Масане.
Наконец-то он увидел всю картину полностью и как следствие - последующий ход действий. Крест мессии был  слишком тяжел для него - человека без прошлого, настоящего и будущего. Вместе с этими людьми он переставал быть призраком в толпе.
Сегодня многое измениться. И все получится. Он точно знал.

---- Церковь Джона Доу

Отредактировано Винсент Фарудж (2010-03-16 10:43:26)

Церковь Джона Доу ===)

Вернувшись раз, сознание больше его не покидало, и в дороге Исаак горько об этом пожалел. Иногда пропадали звуки, и все вокруг снова заволакивало серым туманом, но провалиться обратно в обморок не получалось, хоть и очень хотелось. Каждая выбоина на дороге, каждый толчок, каждый камень под колесом отдавались жуткой болью во всем теле.
Кампферу кричал, плакал, звал Долорес... Вернее, так ему казалось. На самом деле, с его губ срывались хриплые, едва слышные, абсолютно нечленораздельные звуки.
Дорога до базы постоянно петляла, делал обманные повороты, чтобы запутать погоню. К тому моменту, когда они наконец затормозили, Исаак был уже готов попробовать откусить себе язык - лишь бы все это закончилось.
Несмотря на царящее на базе напряжение, все по-прежнему действовали отлажено и дисциплинированно. Ну а вернувший живым лидер, пусть и весь израненный, все же немного поднял настроение повстанцам.
Вытаскивала Кампфера из машины уже мед-бригада с носилками и всем необходимым для первой помощи. Когда его перекладывали с заднего сидения на каталку, Исаак все-таки завопил и снова потерял сознание. Может, оно было и к лучшему.

===) медицинский отсек

Церковь Джона Доу ====>

План был отработан безукоризненно, поставленные цели выполнены, потери минимальны.
Винсент медленно вышел из машины и проводил взглядом бригаду медиков, увозящих все что осталось от Исаака. Ничего, скоро его мучения тоже подойдут к концу, скоро все мучения кончатся, а пока нужно только подождать.
Долорес плакала всю дорогу и нельзя было сказать что Фаруджу не было жалко ее. Какие-то струнки периодически вздрагивали в его мертвой душе, но то ли он не слышал, то ли не понимал что слышит. Когда по приезду женщина бросилась к нему на грудь, он обнял ее, зарывшись носом в пряно-пахнущие волосы.
- Все умирают, - тихо прошептал он, поглаживая ее по плечам. И вдруг сказал:
- Ты пойдешь со мной, Долорес? Пойдешь со мной туда, где больше никому не придется умирать? Где никого не надо будет терять. Где можно будет жить. По-настоящему жить. В реальный мир, где не придется ходить по грани безумия. Где будем только я и ты. Через день, в день высадки мы окажемся там.
Исааку же придется умереть, но перед этим он успеет увидеть бабочек и освободиться.