У многих людей в сознании живут те или иные страхи. Кто-то боится смерти, кто-то банкротства, кто-то тараканов на кухне. Трудно требовать от человека, чтобы он освободился от страхов. Страхи выполняют в психике человека не менее важную роль, чем все остальные эмоциональные состояния. Психика, лишенная страха, была бы психикой ущербной. Увечной.
Винсент не боялся смерти, но боялся просыпаться по утрам. Год за годом, месяц за месяцем, день за днем он просыпался в надежде, что на этот раз пробуждение принесет облегчение, и этот кошмар, этот дурной сон, который раз за разом настигал его - однажды развеется. Но каждое утро его встречали те же серые бетонные стены, голый пол и серые стекла окна.
Это был его личный кошмар. Он жил в нем и ждал своего собственного конца света.

Сев на кровати, мужчина сунул ноги в ботинки и забрался пальцами в волосы, стискивая голову. Ему не стирали память и не промывали мозги. Его амнезия носила естественный характер, поэтому и воспоминания он добывал из подсознания совершенно иначе, нежели заключенные, которых подвергли обработке. Рваные не четкие, как куча картинок в беспорядке.
Несколько он успел собрать за то время, что пробыл на Омеге. Его звали Винсент Фарудж, военный, операция на Ио, ледяная пустыня и тысячи, миллиарды бабочек. Это было самое прекрасное, что он когда-либо видел.
Здесь на Омеге, группа Два помогла ему отыскать и другие воспоминания, о которых, впрочем, он решил не распространяться. Достаточно было тех знаний о нем, что на планету он был сослан не за преступление.
А еще, группе Два нужны были такие люди как он. Крепкие, хорошо сложенные и умелые, но чья психика не была исковеркана мыслями о намеренном причинении зла. Это он тоже знал, и покуда ему это было удобно – мирился. Высокий статус в обществе Тетрахида обеспечивал ему свободу передвижения и действий.
Все изменится, когда ничего не станет, когда он превратит сначала в чистилище этот мир, а затем и Землю.

Совсем уже скоро, но все же еще так много работы. Но сначала испытания.

Надев свой обычный костюм, прихватив оружие и несколько ампул с газом, Винсент пошел прочь из дома. Это был слишком важный день, чтобы тратить его впустую.

==============> Центр города

Он знал только одно: когда он спал, он не знал ни страха, ни надежд, ни трудов, ни блаженства. Спасибо тому, кто изобрел сон. Это единая для всех монета, это единые весы, равняющие пастуха и короля, дуралея и мудреца. Одним только плох крепкий сон - говорят, что он очень смахивает на смерть.

На игровом поле остался последний шарик.

Есть на свете место, между Адом и Раем: место, где души умерших ожидают Суда, проводя вечность в страданиях, призванных искупить грехи земной жизни, и называют его Чистилищем.

Винсент дотронулся кончиками пальцев до содержимого маленького пуленепробиваемого саквояжа. Пятьсот капсул и в каждой по тридцать тысяч крошечных, невидимых человеческому глазу наномашин, способных уничтожить все живое на планете и за ее пределами. Стоит этим малышкам вырваться на свободу - они начнут размножаться, и уже никто и ничто не в силах будет остановить их.

Саквояж с громким щелчком захлопнулся.

За окном выла и плакала Омегианская метель. Трудно было даже представить сколько людей сейчас замерзало до смерти там за окном. Кто-то просто не успел добраться до дома, а у кого-то дома просто не было и не могло быть. Как у него. В этом мире для Винсента не нашлось места. Но каждый должен сам найти способ проснуться, найти дверь в реальный мир, за которой кончается жизнь. Сделав свой выбор, Фарудж выбрал уничтожение.

Поплотнее запахнув плащ, террорист привычным неосознанным движением проверил оружие. Сомневаться не было смысла. Скорее всего уже половина трезвомыслящих жителей Омеги точат на него ножи. Тем более следовало как можно быстрее завершить дело.

Подхватив саквояж, Винсент сунул в карман несколько синих капсул и вышел в бушующую непогоду.

===========> Улицы