----главное здание

Долорес едва вошла в дом - со свистом расстегнула молнию на комбинезоне и вылезла из него, как из куколки. Чего-чего, а расхаживать в полуголом виде она ничуть не смущалась - тело всегда останется просто телом, какие бы оно мысли ни вызывало у остальных. И все, чт осковывало свободу тела, вызывало у нее приступы ненависти - например, нижнее белье.

От стопки водки Фьерра отказываться даже не намеревалась - подошла, опрокинула одним резким глотком, как привыкла, занюхала запястьем.

- Если ты не в душ, то я пойду, - на ходу расстегивая бюстгалтер, Лора исчезла в ванной, где простояла под горячим душем пусть не тридцать минут - но десять точно. Она любила мыться - ее бы воля, ходила б в ванную каждые два часа. Иногда ей казалось, что если есть нормальный душ - и любовников никаких не надо, был бы напор хороший.

Однако, вечно в воде не просидишь, и вскоре Долорес вышла, на ходу вытираясь и проходя к шкафу, куда заранее подвезли по ее просьбе вещи на смену. Выбор ее пал на платье, простое, коричнево-черное и удобное. Любая вещь которую она на себя надевала, в первую очередь оценивалась по критерию, удобно ли в ней будет бегать. Платья хороши были тем, что под них чертово белье точно необязательно напяливать.
Фьерра влезла в платье, тряхнула мокрыми волосами, оставив их как есть, и закурила сигарету.

- Исаак, нам надо чего-нибудь поесть. Или ты хочешь подождать Винсента? - налив себе еще одну рюмку, Долорес устроилась в другом кресле, перекинув одну ногу через подлокотник. - Он странно смотрел на меня, пока мы были на аренах. Даже не по себе было. Надеюсь, я не из тех, кого он хотел бы в первую очередь отправить на тот свет.

Усмехнувшись, она замолкла и глубоко затянулась, рассеянно глядя на Исаака.  Сейчас его бледное осунувшееся лицо казалось ей каким-то особенно жалобным, но помогать массажем она не собиралась, пока не позовет. Нельзя человека трогать без предупреждения, особенно если он устал.

Отредактировано Долорес Фьерра (2009-10-12 14:04:05)

- И закажу, - Долорес пошла к телефону, рядом с которым лежала книжечка меню. - Это куда больше нужно тебе, чем мне. Ты пьешь на голодный желудок - не лучший способ встретить мессию, будучи пьяным в стельку.

В своем роде Исаак для нее еще был как домашнее животное - нужно следить, чист ли, сыт, вымыт, здоров ли, холодный ли нос и так далее. От животного отличал лишь разум, да и тот не совсем здоровый. Так что обычно она не настаивала, но и не молчала, если требовалось дать ему совет.

Когда принесли обед, заказанный щедро, с запасом и с расчетом на то, что подвезут Винсента, и они еще некоторое время будут здесь, избегая лишних визитов извне, сама Долорес ничтоже сумняшеся вернулась в кресло с тарелкой, наполненной доверху - слишком жива была память о голодных днях на улицах Тетрахида. вошло в привычку есть, когда существует такая возможность, а не когда требует желудок. Вечная беготня все равно исключала опасность растолстеть.

Тут раздался стук в дверь - особый, условный. Отставив тарелку и отряхнув руки, Долорес подошла к двери и приоткрыла ее. Выслушав доклад, вернулась в гостиную.

- Его привезли. Прикажешь доставить сюда?

Отредактировано Долорес Фьерра (2009-10-12 16:41:48)

- Вот и отлично, - Долорес не упустила случая наложить cебе еще порцию еды. Как-то у нее аппетит разыгрался на фоне всех этих треволнений. Запив это дело еще парой рюмок водки, девушка почувствовала. как все ее тело наконец расслабилось и согрелось окончательно. Даже настроение поднялось чуть выше вечной каменно-спокойной отметки. В конце концов, никогда она не была истуканом, несмотря на завидное самообладание.

- Я тоже не откажусь полежать, если ты не против, - Фьерра вытянулась рядом с Кампфером, довольно вздохнула - матрас оказался не жестким и не мягким, именно таким, какой был нужен, чтобы отлично расслабиться.
Повернувшись набок, она подложила ладонь под щеку и посмотрела на Исаака. Тот, с влажными после душа длинными волосами, даже длиннее чем у нее, был сейчас таким красивым, прямо как картинка. На Омеге было не так уж много красивых и утонченных людей. Даже женщинам приходилось быть сильными и в чем-то мужиковатыми, иначе как выживешь.

- Нам всем нужен отдых, - Долорес еще раз потянулась, во всю длину своего сильного, смуглого тела. И без того не слишком длинное платье сбилось и скомкалось на бедрах, а близость лидера, вызывала приятную тяжесть в животе и груди. - Я за то, чтобы немного расслабиться. Мы заслужили

Отредактировано Долорес Фьерра (2009-10-12 21:14:26)

- Все просто. Теперь, я вернусь... - Винсент поднял взгляд на Исаака и застыл, так и не договорив фразу. За спиной лидера появилась женщина. Женщина, которую он видел на трибунах, женщина, которая явилась ему во сне.

Не спуская с нее глаз, Винсент поднялся на ноги, твердой походкой прошел мимо Исаака, как будто того вовсе не существовало. Она явилось к нему посланником из его прошлой жизни, кусочком разбитого стекла, недостающей частью картинки-головоломки. Волосы, глаза, фигура - он знал ее. Или нет? Или ему все это только причудилось? Винсент не мог сказать ни как ее зовут, ни сколько ей может быть лет, ни того, что могло быть между ними и было ли вообще.
Эта женщина, она как мелодия навязла у него на зубах. Вроде бы такая знакомая, но в то же время никаких соображений о том, откуда она и что призвана означать.

Винсент подошел к ней почти вплотную, пытаясь разглядеть в карих глазах свое прошлое, но видел только отражение. Бледное лицо мертвеца.
В конце-концов он отстранился. Нет, она не могла быть женщиной из его сна. Очень похожа, но не она.
- Вернусь домой, - Фарудж снова мягко улыбался, моментально потеряв интерес к происходящему. - Я видел тебя на трибунах. Кто ты?

Отредактировано Винсент Фарудж (2009-10-14 00:26:36)

Все-таки Долорес изрядно выпила и вообще как-то не успела собраться после того, как расслабилась. Потому даже как-то расшалилась под конец - когда Исаак представил ее, она изобразила мини-реверанс, чуть оттянув двумя пальцами подол платья, словно маленькая девочка.
На самом же деле ее изрядно обеспокоило то, как смотрит на нее Фарудж. Конечно, она привыкла, что на нее пялятся, и очень многие, но Винсент явно был не из тех, кто будет пускать слюни по первой попавшейся телке.
И еще Фьерра почувствовала, что жест Исаака, приобнявшего ее, был таким... собственническим что ли. Словно ему вовсе не нравилось то, что происходит. Обстановку следвало как-то разрядить.
Обняв Кампфера в ответ, Лора погладила его по плечу, улыбнувшись.

- Самый верный помощник. Вот кто я, господин Фарудж. Большего о себе я и сама не знаю. А еще у нас полно еды, которой мы жаждем поделиться... А что, я вам кого-то напоминаю?

Долорес мягко освободилась и подошла сначала к столу, где еще стояла бутылка и стаканы, налила себе немного водки, но на этот раз разбавила ее принесенным ягодным настоем. Не следовало надираться так быстро все-таки. После этого она устроилась на диване, забравшись на него с ногами.Ей тоже необходимо было немного подумать и разобраться с тем, что происходит - ибо снаружи она старалась не показывать, но внутри вопросы и взгляды Винсента казались ей крайне странными. Но не страшными. Вовсе.

С тех пор как Винсент лишился себя в том инциденте на Ио, он умер душевно. В нем не осталось ничего от того прежнего Винсента. Ни человечности, ни морали. Все что с ним происходило он мерил инстинктами, физическими потребностями и собственной выгодой. Он делал то, что ему хотелось, то, что по его нынешним меркам не несло в себе крупных ошибок. И сейчас в Лоре он видел всего лишь красивую женщину, которая, к тому же, не стала бы сопротивляться его желаниям. Более того, она сама всячески давала понять, что не против.

- Не беда, - улыбнулся в ответ Винсент, поднимаясь с кресла. Где-то на подкорке он всегда чувствовал, что ему чего-то или кого-то не хватает. Он потерял не только память, он потерял целую жизнь. И в этой жизни, где-то там далеко, остался человек, без которого Фарудж навсегда растворился в ледяной и молчаливой черноте космоса.
Вот поэтому он так отчаянно искал хоть кого-то, кто помог бы ему выбраться. И эта женщина, и тот маленький хаджи, которому Винсент спас жизнь...Всего лишь попытки отыскать себя, оправдаться, не остаться в одиночестве, почувствовать то, что чувствовали другие. Жизнь, наслаждение, боль...

Фарудж прошел через комнату, нагнулся, уперся одним коленом в диван и перехватив подбородок Долорес поцеловал ее. Просто, без всяких слов.

Отредактировано Винсент Фарудж (2009-10-14 22:19:18)

Надо признать, Долорес здорово завелась не в тот момент, когда на нее навалился Винсент и принялся целовать. И в тот, когда это стал делать Исаак, он лишь стал подбрасывать дрова в костер.
Больше всего ее распалил именно поцелуй этих двоих - это выглядело одновременно очень непристойно и очень чисто. Как огонь.

Поэтому, когда Кампфер завладел ее губами, Фьерра вся потянулась навстречу, скользнула ладонями по его плечам и обвила руками шею. Ей нравилось, когда мужчины проявляли инициативу, но и сама она здесь не для мебели улеглась. Потому, подтянувшись еще выше и усевшись ему на колени боком, Долорес слегка куснула Исаака за губу, остранилась, чуть оттянула его голову назад за волосы и зарылась лицом в шею, дразня языком и губами кожу, белую и нежную, словно пастила.

Не забыла она и Винсента - взяла его за затылок и притянула к себе, заставив уткнуться носом себе в грудь. Его щетина чертовски приятно царапала кожу, уже покрытую капельками свежей испарины.

Чертовы засранцы. Они оба, особенно когда трогали друг друга, возбуждали ее так, что на халате Кампфера точно уже мокрое пятно по ее вине. Когда Фьерра плотно сдвигала ноги, чувствовала, до какой степени там все намокло. Вот поэтому она и терпеть не могла трусы - когда они промокали от смазки, натирали страшно.

Отредактировано Долорес Фьерра (2009-10-16 00:23:23)

За поцелуем, который скорее уже приобрел вид какого-то священнодейстсва, не успел он оглянуться, как как-то уж легко с него слетела одежда. Тонкий и худощавый Исаак на вкус ничем не отличался от женщины, а кожа и волосы были наверное даже мягче и душистее. Но в то же время он оказался достаточно сильным, потому что оторвать его от себя не представлялось сначала вообще невозможным.

Краем глаз Винсент уловил движения Лоры, перехватил ее за талию поближе к себе и провел рукой сначала по спине, а затем и по ягодицам. Это была женщина просто невообразимой красоты. Подчеркивающая округлые формы одежды конечно смотрелась на ней выгодно, а уж без одежды глаз невозможно было оторвать от медной матовой кожи и плавных изгибов. И этим изгибам, кажется, совсем не хватало внимания.

Оставив на секунду губы Исаака в покое, Винсент улыбнулся и сделал тому приглашающий жест в сторону Долорес. Его взгляд быстро скользнул вниз, между ее ног. Некрасиво это было оставлять даму без внимания.
Очутившись рядом с женщиной, Фарудж сначала навис над ней с видом кровожадного хищника, добравшегося наконец до добычи, а потом склонился перед ней, покрывая грудь и живот поцелуями. Добравшись до бедер, он не грубо, но настойчиво убрал ее пальчики в сторону и сам погрузился в мягкую, горячую влажную плоть.
Покрутив немного пальцами внутри, Винсент сполз с дивана и стащил за собой Лору. Растянувшись на полу,  он потянул ее на себя и заставил в буквальном смысле сесть ему на лицо, спиной к себе. Придерживая за бедра и сжимая крепкие ягодицы, он пару раз провел языком по трепещущей плоти, с удовольствием слизывая терпкий вкус, а потом обхватил самую чувствительную точку губами, выписывая языком настоящие торнадо.

Долорес хрипло и низко завыла, когда Винсент наконец дотронулся до нее. Его язык выделывал такое, что сладкая тяжесть между ног взлетела по животу вверх и рассыпалась по всему телу салютом. В ответ на вспышку удовольствия из нее вытекло столько смазки, что потекло по ногам и Винсенту на лицо.

У Фьерры никогда не было проблем с оргазмом - благодаря Фаруджу она уже один раз кончила, и в том заключалась прелесть быть женщиной. Запросто можно было продолжать дальше и получить еще парочку хороших оргазмов.

Облизав губы Исаака, Долорес укусила его в шею, наклонилась и взяла в руки члены обоих мужчин, тершиеся так близко друг от друга. Конечно, сразу оба в рот засунуть не удалось бы, он она могла облизывать их по очереди, чувствуя, насколько по-разному они пахнут и как чувствуются.

Из горла так и рвались громкие стоны, срывавшиеся на высокие ноты, когда Винсент выделывал особенно витиеватый фортель языком.

- Давайте же, ну, - оторвавшись от их членов, Фьерра облизнулась и встряхнула волосами, чтобы вспотевшая шея хоть немного проветрилась. - Оба.

Отредактировано Долорес Фьерра (2009-10-22 20:40:33)

Неторопливые, но уверенные движения. Как накатывающие на берег волны - мягкие, но настойчивые. Винсент был чрезвычайно нежен: мягко целовал раскрасневшиеся полные губы, покусывал тонкую кожу на шее и плечах, бережно поддерживая Лору за бедра. Даже страшно становилось немного от осознания того, что те же самые руки буквально совсем недавно запросто отнимали без разбора чужие жизни. Да и сейчас наверное мало что помялось. Но вот уж правда, каждый из них представлял собой полную противоположность другого.
Слегка сжав зубы, Винсент откинул назад голову, упираясь затылком в пол. И все-равно, что бы не происходило он был не здесь и не сейчас.
Ему было хорошо, это правда. Мутные отголоски удовольствия невидимыми искорками скапливались на кончиках нервных волокон, готовые вот-вот в едином порыве по сигналу устремиться к мозгу и вспыхнуть яркой вспышкой. Но сознание его все так же блуждало в полумраке, ища ответы на не заданные вопросы, выискивая ключи к запертым дверям. Ощущение пустоты внутри не исчезло, а как будто еще больше выросло, поглощая останки человечности, как огромный прожорливый хищник.

Чувствуя наслаждение женщины, Винсент чуть ускорился, мечтая раствориться в теплом нутре. Они с Исааком разошлись в ритме, но он больше не видел смысла в продолжении. Мышцы во всем теле напряглись настолько, что еще немного и их бы разорвало в клочья. Сиплый выдох, дрожь в расслабляющихся мышцах, яркая вспышка перед глазами и теплый свет, разливающийся по венам. Он покинул измученное тело Долорес за секунду до того, как кончил.
Только тяжелое дыхание и налет усталости.
- Ты прекрасна, - мягко прошелестел Фарудж, касаясь мочки уха сухими губами. - Вы оба.
Все еще удерживая на себе Лору, он немного приподнялся на локтях и поймал рваный поцелуй Исаака.