Тиклтон смирно дождалась пока мужчина развяжет ее, но под конец все-таки раздраженно хмыкнула и резко откинула от себя последний ремень, как будто тот бы ядовитой змеей.
- Сколько я так валялась? - пока что ей даже в голову не пришло поблагодарить этого человека, судя по халату - врача. А по всей вероятности именно он избавил ее от припадка. Тинклтон вопреки советам попыталась сесть, но быстро передумала. Голова все еще гудела, видимо из-за снотворного. С другой стороны даже в компании доктора было немного веселее чем в пустой комнате-коробке.

- До какой такой? - недружелюбно огрызнулась Тинклтон, подкладывая руки под голову. Когда света в кабинете стало поменьше, то и разговаривать как-то стало проще. Доктор был странный человек, даже более чем. Ну, если брать в расчет только огромный болт в голове... Хотя, она много чего необычного повидала, так что удивилась наверное лишь на половину от положенного. - Что вы имеете в виду? То как я попала к Камии или то как очутилась здесь в попытке себя удушить?

Девушка нахмурилась и сердито поджала губы. В отличие от Камии и его телохранителей этот казался не таким уж и отвратительным, хотя вряд ли было уместно строить свое отношение по первому впечатлению, особенно в этом месте.
- Тинклтон-Айренс-Мария Велкокс, - не охотно выдавила из себя девушка, стараясь не смотреть на доктора. Он конечно же работает на Камию, почему это он должен отличаться от всех остальных?

- Моя бы воля, я бы сюда не докатилась, а объезжала бы это место стороной, - буркнула Тиклтон. - Поймали и продали, потому что я полезная. Вот собственно и все.

Теперь она все-таки потрогала шею. Наверняка теперь покроется синяками. Ей вообще в этот раз сильно досталось: губа, нос, руки. Краем куртки девушка вытерла под носом и облизала ранку на губе. Руки кажется ей уже удосужились перевязать.
- А то что это, - она указала на шею. - Ну, это долго объяснять. На меня находит иногда, когда совсем плохо. Я не могу контролировать руки и вот, трагедия. Во мне как бы живут несколько других людей и они очень хотят моей смерти.

- А ты значит доктор. Лечишь этого типа в коляске?

- А чем он болеет? Уж явно не доброжелательностью, - она как-то зло рассмеялась и тут же поежилась. Хотя, кое-что ее не могло не радовать. Этот Штейн работал сам на себя, значит не работал на Камию постоянно. Тинклтон задумалась.

- Вообще, у меня эта фишка от рождения, - девушка повернулась на бок и в упор уставилась на доктора, разыгрывая на лице интерес. - И, тебе наверное сказали что я умею, больше чем уверена. Так вот, это вот из-за этого.

Интересно, она сможет его заинтересовать перспективой собственной вивисекции настолько, чтобы он помог ей выбраться отсюда?

- Ну вот, я обращаюсь, доктор, - она подперла кулаком голову. - Знаете, это как бы очень мешает мне жить. Вряд от этого можно избавиться, но может как-то научиться контролировать? Короче, доктор, - Тиклтон перешла на сдавленный шепот. - Помоги мне выбраться отсюда, а? Тебе же все-равно плевать на то что скажет Камия? Он не твой начальник. А я...
Она запнулась, понятия не имея что можно предложить странному доктору с болтом в голове.

- Да черт бы с этими условиями! - Тонклтон все-таки повысила голос, но вовремя себя одернула. - Я просто не хочу работать на него, жить здесь- взмолилась она. - Я всю жизнь работала на кого-нибудь таким образом. Не хочу больше.

Было странно что доктор так быстро согласился ей помочь...Может быть Рикс был прав и не все люди на Омеге бездушные меркантильные сволочи. Радоваться и торжествовать конечно пока было рано, но в душе Тинклтон затеплилась надежда на благополучный исход дела.
Правда следующий поворот оказался слишком неожиданным.

- Продемонстрировать? - девушка моментально отшатнулась от Штейна, как от ожившего кошмара. - Зачем это?

Она с сомнением глянула на доктора. Но наверное необходимо было пойти на уступки, если ей хотелось спасти.

- Для меня это не очень приятная процедура, - сбивчиво проговорила она. - Я могу попросить не думать тебя о...о плохом?

Еще немного поразмышляв, девушка все-таки недоверчиво протянула руку к доктору, вздохнула, прикрыла глаза и коснулась руки Штейна.

- Ооой...

Уф, она постаралась не вникать в то что увидела, иначе крышу сорвало бы окончательно. Прошлое этого человека не просто плавало в крови, оно там тонуло. Причем если в случае со священником, оно было наполнено болью и ужасом, то в случае с доктором ни того ни другого не было и в помине. Только холодный прогматизм и точный расчет. Впрочем, трудно было сказать, что пугало больше.

- У тебя это не настоящий болт, - Тинклтон внезапно ткнула пальцем в голову Штейна. - У тебя там просто чип, а болтом ты людей пугаешь.

Девушка тяжело вздохнула, села на кушетку, подтянула ноги к груди и обняла их руками. Она слишком узнала за сегодня.

- Ну что, ты доволен? Что мы теперь будем делать?

- Ну...хорошо, Штейн - Тинклтон неуверенно, но все-таки кивнула, соглашаясь на условия доктора. По крайней мере он не врал, он и правда не работал на Камию. Точнее работал, но исключительно по одному заказу.
Ладно, была ни была. Заключить сделку с одним маньяком, чтобы избавиться от другого - запросто. В конце-концов это Омега, здесь иначе не получается. Даже если это означало бы расписаться в свое полной умственной несостоятельности.

- Сделаю как ты скажешь.

Надо же, она это сказала? Удивительно. Не прошло и пяти минут, как она вручила свою жизнь в руки безумного живодера-вивисектора. Растешь над собой!

Наступила неловкая пауза. Тинклтон не знала что еще сказать, доктор тоже не спешил жечь глаголом.

- А можешь мне что-нибудь дать чтобы я всю ночь проспала как убитая? - неуверенно спросила она.

Отредактировано Тинклтон Велкокс (2010-01-21 12:25:07)

у, во всяком случае он не был таким уж плохим парнем. Тиклтон приняла флакончик и тут же отсчитала себе на язык пять капель. Пришлось перетерпеть отвратительный вкус, и если доктор не подсунул ей яд, то она хотя бы выспится.
- Спасибо, - наконец выдавила из себя девушка, спрятала флакончик в карман брюк и нерешительно подняла глаза на Штейна. - Пойду я, а то вдруг этим мордоворотом что-нибудь не понравится. Не буду создавать проблем.

Уходить правда ужас как не хотелось. Так уж вышло, что ей на пути попадались зачастую отнюдь не самые благодушные люди, вот она автоматически и залипала на каждом, кто проявлял к ней хотя бы грамм внимания. Девушка аккуратно слезла с кушетки и покачиваясь дошла до двери. Перед тем как выйти в коридор, девушка замешкалась, по переминалась с ноги на ногу, оглянулась разок и быстро шмыгнула в коридор.
- Ну, пошли обратно, - фыркнула она на охранников, стараясь вообще на них не смотреть. Те только пожали плечами и довели ее до комнаты. Как только раздался щелчок замка с той стороны, Тинклтон сделала круг по комнате и улеглась на матрац, свернувшись клубочком. Крутившиеся в голове мысли обо всем что произошло за сегодняшний день никак не давали уснуть и девушка выпила еще пару капель на свой страх и риск. Когда сон потихонечку начал брать свое, она еще раз увидела огромные деревья за стенами Тетрахида, о которых ей рассказывал Мартин, видела фантастический город из башен в лучах восходящего солнца и огромный красный мост через гигантскую реку.

Доктор, как оказалось, уснул на кушетке в операционной. Это создало некоторые неудобства при пробуждении, и доктор, чтобы "разгладить лицо", да и просто, потому что утро отправился в душ. Взбодрившись, он вернулся в операционную и начал готовиться к операции. ВСе было готово, разве что не хватало ассистента. Ну да найти такого человека, который знает что такое зажим и скальпель, а так же на простьбу "отсос" берет именно кровоотсос, а не начинает пошло и глупо шутить.

Когда все было готово, доктор переместился в лабораторию с целью поймать там кого-нибудь, желательно помоложе и с медицинсткими знаниями, однако не успел. Буквально через полминуты в лабораторию въехал сам оперируемый, на своей каталке, как обычно.

-Да, есть можно, но не очень много. И я не откажусь с Вами позавтракать. доктор не сразу понял, что именно у него спросили, но подсознание выполнило это рутинное задание с легкостью. НА самом деле перед операциями лучше было не есть, однако не в этом случае. Хотя операция и была сложной, однако никаких действий со внутренними органами не намечалось, а в нейрохирургии, по большей части, было все равно.

Завтрак, как и ожидалось, был вполне приличным. Доктор и не заметил, за всеми этими делами ночью, ка ксильно он проголодался. Впрочем, ел он неторопливо, не подавая вид, что уже давно бы все это слжрал и попросил добавки. Но лицо то надо держать, независимо от того, где ты и с кем ты.

-Что насчет работы... Доктор отпил кофе из кружки настолько маленьким глотком, что его не хватило бы даже пьяной в дрызг мокрице. -Антидот готов, однако он не дотягивает до того образца, что был получен от Винсента. И передать образцы и лабораторные журналы я готов в любой момент, они все в лаборатории. Доктор отпил кофе побольше. На самом деле проблема была не в том, что он либо экономил, либо растягивал удовольствие, а в том, чт окофе был обжигающе горячий, а горячей пищи доктор не мог есть, обжигался и страдал. Впрочем, несмотря на все сложности, доктор успел покушать, и теперь был готов ко всему.

-Я готов провести операцию, господин Йоритомою, однако, перед всем у меня есть маленькая просьба. Ко мне ночью притащили какую-то девушку, в припадке. Ваш Нори предупредил, что она мутант. Сама же она призналась, что свои способности контролировать не умеет. Так вот просьба моя заключается вот в чем. Разрешите немного поисследую эту девушку, обещаю, что без вреда для нее, и может, получится ее хоть немного обучить управлять собой. Мне с недавних пор очень интересны эти мутации, и я думаю, из них можно будет что-нибудь выжать полезного.

-Насчет антидота я не был бы настолько уверен, все же его разрабатывали, как мне кажется, не один год. Мне же по большей части, повезло. Доктор улыбнулся, показывая, что везение везением, но работы оно не отменяет, и закурил. Последняя сигарета на последующие несколько часов. Докурив, доктор поднялся со своего места.

-Да, все готово. Есль правда одна проблема, н ои она легко решаема. Мне нужен ассистент, который мог бы подавать инструмент и я бы, да и навеное, вы сами, желал бы видеть Вашего Нори. Если, конечно, он обладает хотя бы минимальными знаниями в медицине. И еще я бы настоял на хорошей охране операионной, все таки это сложнейшая операция, не буду скрывать, и мне бы не хотелось, что бы меня отвлекали.
Доктор закончил спич, и закурил новую сигарету, он решил попользоваться последней возможностью спокойно покурить.

-Что насчет Нори, то он выглядит хорошо развитым физически, а мне, возможно, понадобится именно физическая помощь. предвосхищая возможный следующий вопрос, проговорил он. Вообще в ходе операции, ассистенту придется большую часть времени просто простоять на ногах и быть готовым в любой момент, а за оыбчных медиков, по крайней мере за тех, кого он видел в лабораториях, Штейн не был уверен.

Отредактировано Штейн (2010-02-14 23:06:17)

Доктор промолчал на коментарии про отсуствие медицинского опыта у Нори. Мало кому нравится признгаваться в своих ошибках, а это была именно она, Штейну от чего то казалось, что именно Нори гн по наслышке знаком с врачеванием. Увы. Впрчоем, это все было не столь важно. Добравшись до операционной, которую уже, как доктор понял, взяли под колпак и ни одно движение не останется неучтенным. Оно и ладно.

-Ну теперь надо Вас поместить на операционный стол, в положении на животе, естественно в раздетом состоянии. И пока Ваша помошница помогает Вам расположиться, я приготовлюсь операции.
Доткор отдал приказания еще на входе, и сразу отправился  сменить халат на оперционный, обработать одежду и руки, и одеть маску, "намордник", как ее называют многие врачи.

Вернувшись, он собственноручно, не доверяя никому вмешиваться ни в одной из стадий операции, даже на такой безобидной, вколол обезболивающие, немного снотворного и пару крововостанавливающих, заранее. Собственно, зачем ему физически развитый помощник, доктор и сам пока не знал, просто решил подстраховаться, на всякий случай. Пусть уж лучше назовут потом перестраховщиком, чем он позволит пациенту умереть, тем более что тут был настолько интересный случай, прямо бросающий вызов всему его умению и всем его знаниям. Отказаться о ттакого вызова Штей не смог бы никогда. Пока анестезия входила в решающую стадию, хотя в пациента уже можно было бы, буде такая нужда, вбивать раскаленные гвозди, все равно ничего не почуствует. А скоро и совсем заснет, чтоб проснутсья уже практически здоровым человеком, хотя вот эти вот проблемы, с отсутствием роста, конечно, так просто не решались. Следовало пропить три долгих курса разных таблеток, хотя можно было и инъекционно, но зачем лишний раз.

-Все, операция началась. Сказал доктор, когда пациент уснул, и, откинув покрывало, которым закрыл Йоритомо сразу же, как пришел из подсобки. Взял скальпель, наздез, отсос, надрез, расширить, углубить, снова убрать кровь... Стандартные операционные действия. Добравшись наконец, до позвоночника, доктор позволил себе на минуту передохнуть. Следовало собрать себя в кулак и приступить к самой сложной и опасной части операции. Нейрохирургию Штейн любил и считал ее верхом медицинской науки. Вскрыв позноночник, доктор обнаружил тот самый изъян, который помешал в свое время восстановиться ногам самостоятельно. Теперь же, если исправить тольк отут, способность ходить все равно не вернется. С ювелирной точностью работая изготовленными для этой операции инстрементами, доктор потерял счет времени. Однако, что имеет начало, то имеет и конец, и доктор заделал позвоночник на место, вставив всего шесть штифтов, заместо запланированных десяти, ситуация оказалась лучше, чем он расчитывал.

Затем приступил к следующей фазе. Комментируя в полголоса свои действия, он буквально протянул и срастил нервную ткань, давно утратившую часть себя и связь с мозгом. Методом электростимуляции нервного воролкна восстановил его проводимость до нормы. Восстановил частично атрофировавшиеся сосуды. Снова протягивал и размещал нервную ткань, даже немного добавил искуственной, выращенной из ткани самого Йоритомо, так что вопрос об отторжении не возникал. И снова по кругу, восстановление проводимости, проверка волокна... Когда доктор заканчивал, он смог таки мельком глянут ьна часы и обнаружить, что вся операция, не смотря на ее дикую сложность и тщательность, заняла совсем не много времени, хотя докто рвымотался так, как будто на нем пахали. Впрочем, можно сказать, Йоритомо он на ноги поднял, в прямом смысле. Не разошлись бы швы, однако чрезмерных усилий и не предвидится, всилу слаботси мышц.

-Пока будить Йоритомо не стоит, надо дать организму свыкнуться с повреждениями усталым донельзя головом проговорил Штейн. Закончил, и, надо отметить, без лишней скромности, блестяще. Доктор вышел за дверь и с наслаждением закурил.

Дверь в комнату снова открылась и на этот раз Тинклтон тоже не пошевелилась, надеясь что, кто бы это ни был, он увидит что она не реагирует и уйдет. Но как только услышала голос доктора, тут же резко подскочила на матрасе. Может быть даже слишком резко. Она не хотела демонстрировать как сильно полагается на зыбкие обещание, данные ей этим человеком.
- Почему вы всегда называете меня так? - нахмурилась девушка, окончательно поднимаясь на ноги. - Что это слово вообще значит? Я никогда его раньше не слышала.
Она предпочитала держаться на некотором расстоянии и поэтому отошла от доктора к противоположной стене.  Еще чего взбредет в голову...
Но она опять не поздоровалась, ну а уж оскорблять свой будущий шанс на спасение как минимум не разумно. Может он просто зашел ее проведать.
Закусив губу, она вперилась в пол, подбирая нужные слова. Раздумывая, она неосознанно сунула руку под кофту и поскребла ногтями повязку, закрывавшую ее порезанный бок. Рана судя по всему заживала быстро, но судя по состоянию бинтов, не раз уже кровоточила, и теперь смешанная с сукровицей кровь подсохли стягивая кожу, вызывая невыносимый зуд.

- Гхм, послушай, - девушка напряглась. - Во-первых, спасибо за капли...они помогли, да. И раз вы врач, может перевяжете мне бинты?
Тинклтон приподняла толстовку, демонстрируя истерзанные, немного сползшие и темные от засохшей крови бинты.